Как сделать идеальный нос

0
5

Пластический хирург, ведущий научный сотрудник Научно-образовательного клинического центра Первого МГМУ им. Сеченова «Пластическая хирургия», ассистент кафедры пластической хирургии, к.м.н. Дмитрий Мельников рассказал «Медновостям», кому нужны эстетические операции, как делать их хорошо и почему, если хирург обещает пациенту сделать «идеальный» нос, это — плохой хирург.

«Наша помощь может быть востребована в любом хирургическом отделении»

— Хотя первые реконструктивные пластические операции делали еще в древних Индии в Египте, основной импульс пластическая хирургия получила в конце XIX— начале XX века, когда после Первой мировой войны оказалось много молодых солдат с дефектами. Примерно тогда же начали делать и эстетические операции — первые данные о подтяжках лица были опубликованы во Франции в 1908 году. У нас тоже выполнялись косметические операции, но на Западе развитие дисциплины шло более активно. И, к сожалению, это отставание, по-прежнему, сохраняется.

В России пластическая хирургия, как официальная специальность, существует совсем недавно — с 2009 года. Это значит, что человек, который занимается пластической хирургией должен иметь сертификат специалиста и обладать навыками, как в эстетической, так и реконструктивной хирургии — эти два направления входят в нашу специальность.

И это практически разные дисциплины, решающие разные задачи?

— Грань между этими частями одной специальности весьма условна. Большинство людей связывают пластическую хирургию исключительно с красотой и желанием выглядеть лучше. И, когда речь идет, например, о реконструкции груди после мастэктомии, почему-то все говорят о том, что это реконструктивная хирургия, и мы занимаемся чем-то серьезным. Хотя, по сути, мы восстанавливаем красоту женского тела. С другой стороны, большинство проблем, которые принято относить к эстетическим, могут иметь конкретные физиологические проявления. Например, ринопластику могут проводить оторингологи по поводу функциональных проблем с носом.

Я очень люблю свою специальность как раз за ее многогранность. Пластическая хирургия не имеет привязки ни к полу, ни к возрасту, ни к какому-то конкретному органу. За рубежом пластических хирургов называют thefinishers— то есть, это те люди, которые завершают операцию. Также на западе в больших медицинских центрах пластические хирурги существуют, как «свободные игроки», чья помощь может быть востребована в любом хирургическом отделении. Например, чтобы закрыть какой-то обширный дефект, красиво зашить разрез. Для этого нужны детальные знания об особенностях и возможностях перемещения тканей, о том, как формируются формы, красивые рубцы и, самое главное, как кровоснабжаются поверхностные ткани человеческого организма.

Плюс к этому, пластическая хирургия — это очень персонализированная вещь. Задача пластического хирурга найти уникальное решение для конкретного пациента. Это единственный залог успеха и удовлетворения от пластической операции. А сам хирург не может быть адептом только имплантатов, или, например, только нитевой подтяжки лица. Он должен уметь делать все.

«Важно не сломать индивидуальность»

И плюс к этому, у пластического хирурга должен быть эстетический вкус.

— Конечно. Когда мы говорим о воссоздании молочной железы, либо новой формы носа, у хирурга должно быть видение человека в целом. Нельзя просто сделать красивый нос, мы должны сделать нос, который будет подходить этому человеку, его лицу, пропорциям — важно не сломать индивидуальность. На мой взгляд, красота — это сочетание мельчайших нюансов и, возможно, даже отклонений от идеала. Та же самая асимметрия, которая присутствует практически у всех. Не так давно была опубликована очень интересная работа, в которой брали изображения половины лиц различных людей и с помощью компьютера делали их полностью симметричными. И сразу же пропадала индивидуальность, которая и составляет красоту нашего мира.

Существует большое количество работ, посвященных тому, какими должны быть идеальные формы. Так, если речь идет о носе — это определенное значение угла между кончиком носа и верхней губой, определенная ширина спинки носа. Если мы говорим о груди, это наполнение груди ниже и выше соска (соотношение 55% к 45%), при котором грудь должна быть чуть полнее снизу и чуть менее наполнена сверху.

Но, с другой стороны, вовсе не факт, что то, что считается идеальным, подойдет каждому человеку. Это всего лишь база, и если пластический хирург обещает пациенту сделать «идеальный» нос, то это плохой хирург. Например, если у человека широкое лицо, и все его части в целом достаточно большие, а он хочет кукольный носик, «как у Майкла Джексона», правильней будет его от этого отговорить. Искусство пластического хирурга заключается в том, чтобы услышать пациента, понять, чего он хочет, «сканировать» информацию о той части тела, которую предстоит оперировать и, используя свои знания и опыт, объяснить человеку, что ему подойдет, а что нет.

А тут уже, наверное, надо быть психологом.

Для пластического хирурга очень важно разобраться в человеке, в его восприятии той или иной проблемы. Нередко из чисто психологической она превращается в функциональную: человек начинает зацикливаться на своем некрасивом носе или маленькой груди, ограничивает себя в чем-то и в итоге скатывается в депрессию. Таким людям пластическая операция действительно нужна — она помогает им приобрести уверенность в себе, изменить образ жизни. Но человеку надо открыто сказать, какие из его пожеланий реально воплотить в жизнь, а какие нет, либо это будет связано с увеличением риска каких-то негативных побочных эффектов или осложнениями.

«Основной инструмент пластического хирурга — не скальпель, а линейка и кисточка»

Понятно, что любое хирургическое вмешательство не безопасно. Чем рискуют люди, решающиеся на пластические операции?

— Количество осложнений после эстетических операций существенно меньше: мы оперируем здоровых людей, и это принципиально важно. Но все не так просто, потому что для наших пациентов неудачная операция — это колоссальная проблема. В целом все осложнения можно разделить на две группы — общехирургические (инфекция, нагноения, некроз тканей, осложнения анестезиологического характера) и чисто эстетические осложнения, когда не удалось сделать то, чего хотел человек, или ему не нравится результат.

Эстетические проблемы часто возникают там, где хирурги, стремясь заработать деньги, проводят операции, которые не всегда нужны людям, и не предупреждают их о возможных проблемах. Или же делают это на потоке, не разобравшись в пациенте, в его личности. Хотя бывают и непредвиденные ситуации. Например, произошло внутреннее рубцевание, и требуется еще одна операция. К счастью, в пластической хирургии большинство эстетических осложнений можно исправить.

Избежать хирургических осложнений проще: нужно правильно отбирать пациентов и определять показания к операции. Если человек здоров, все анализы в порядке, то все будет хорошо. Конечно, существуют ситуации, когда люди погибают и после эстетических операций. Но они связаны либо с тем, что пациенты были недообследованы, либо в их организме оказались какие-то проблемы, которые возникли бы и во время любого другого вмешательства. И здесь еще важно то, как в стране воспринимаются пластические операции. Если человек умер, к примеру, во время холецистэктомии, в обществе могут понять, что на то были объективные причины. Но если это произошло после подтяжки лица, то все скажут, что его «загубили хирурги».

А насколько тяжелы сами операции? Сейчас даже общая хирургия переходит к малоинвазивным методам, снижающим время операции, кровопотерю.

— Пластические операции бывают самые разные. Например, проведенная пластическими хирургами пересадка лица длилась 40 часов. Подтяжка лица длится от 2,5-3 часов до 5-6 часов. В некоторых руках, причем очень опытных, она может достигать 7-8 часов. Время в пластической хирургии, вообще, бежит немного по-другому. Взять довольно примитивную с точки зрения большой хирургии операцию по редукции или по подтяжке молочной железы — там нужно просто удалить лишнее. Но с нашей точки зрения, надо не просто удалить лишнее, а сделать это красиво. И на это нужно время. Основной инструмент пластического хирурга в операционной — не скальпель, а линейка и кисточка.

Технологии в пластической хирургии развиваются в сторону того, чтобы сделать результаты операции более предсказуемыми, нивелировать количество осложнений. И таких исследований сей            час много. Например, недавно очень популярной была идея о том, что можно увеличить грудь собственным жиром. Но полученные данные уже говорят о том, что этот жир не постоянен, и можно получить проблемы в виде онкологии. Так что, на сегодняшний день замены имплантату, к сожалению, нет. Имплантат — это всегда стабильная форма и предсказуемый результат. А технологии развиваются в сторону того, чтобы эти имплантаты были максимально мягкие и похожие на естественную грудь, с минимальной реактивностью. Хотя, возможно, через 25-30 лет мы придем к тому, что будем «выращивать» молочную железу.

Что касается малоинвазивных методов, то они набирают обороты, и буквально пару лет назад считалось, что скоро вся пластическая хирургия станет только малоинвазивной. Но этого не случилось и в ближайшее время не случится, просто потому, что невозможно малоинвазивно уменьшить грудь с десятого размера до третьего, или ограничиться установкой «ниточек», чтобы подтянуть шею женщине 56 лет.

«Нельзя обещать того, что ты не можешь сделать»

Как часто встречаются пациенты, разочарованные результатами операции? В пластической хирургии эта проблема стоит острее, чем в других областях?

— Наверное, у нас таких пациентов больше, потому что мы вторгаемся в очень сложную сферу самовосприятия человека. И как это скажется на его жизни, сказать сложно. Но в целом, если не брать во внимание пациентов с определенными психическими отклонениями, фобиями, которым очень сложно помочь, зачастую существуют две основные проблемы. Это — неправильный отбор врачом пациентов и отсутствие информации.

К сожалению, есть какие-то вещи, на которые мы не всегда можем повлиять. Например, грубые послеоперационные рубцы бывают не потому, что мы шьем кое-как, а потому, что есть определенная особенность формирования рубцов у данного конкретного человека. И если пациент об этом предупрежден, то он либо будет оперироваться, понимая, что есть такой риск, и потом придется еще лечиться, либо откажется от операции. Нередко бывает так, что желаемый результат невозможно получить за один раз, и надо быть готовым к двум-трем операциям.

Конечно, это не то, что хотел бы услышать от меня пациент, но обещать то, чего ты не можешь сделать, нельзя. Я свято верю, что если врач был откровенен и объяснил пациенту, в чем сложность его операции и потенциальные проблемы, то даже в случае осложнений человек будет реагировать адекватно.

Но сразу после операции, наверное, мало кто из пациентов бывает доволен? Требуется какое-то время на восстановление, реабилитацию?

— Есть разные методики. Какие-то из них дают эффект в течение 2-3 недель, а есть такие, восстановление после которых занимает полгода или год. Если речь идет о подтяжке лица, то есть методики, при которых от кости отдираются и перемещаются все ткани. И женщине обещают: «мы сейчас тут все переместим, ввинтим шурупы, проволоки всякие, и вы будете выглядеть не на свои 50 лет, а на 25, но полгода у вас будет отек». Я против таких операций, женщина в 50 лет может выглядеть хорошо и свежо, для этого есть пластическая хирургия и аккуратные операции с реабилитацией не больше двух-трех недель. Они не дают кардинального омоложения, но это и не нужно. Я вообще предпочитаю методики, которые дают быстрый эффект с максимально короткой реабилитацией — считаю, что человек должен сразу видеть результат, мог быстро восстановился и вернуться к нормальной жизни.

Как неподготовленному пациенту найти хорошую клинику и «правильного» пластического хирурга? На что ориентироваться при выборе?

— Прежде всего, нужно смотреть на опыт хирурга. На его профессиональный путь, потому что сегодня, учитывая финансовую привлекательность профессии, в нее приходят из других специализаций, считая, что пластическая хирургия — это легко. На самом деле, здесь такое количество влияющих на результат нюансов и деталей, о которых человек может узнать, только проработав пластическим хирургом 10-20 лет.

Что касается клиники, то, однозначно, оперироваться надо там, где есть реанимация, где проводятся все необходимые обследования. Ни в коем случае нельзя доверять каким-то учреждениям, находящимся в обычных домах, в грязных кабинетах. Нельзя экономить на лечении. Оно не должно стоить заоблачных денег (а в Москве есть хирурги, назначающие совершенно космическую цену за свои операции), но и не должна быть дешевой. Хотя бы потому, что от этого зависит качество материалов. Сейчас пара грудных имплантатов стоит порядка 70 тысяч рублей. Как тогда вся операция может стоить 100 тысяч?

Наверное, не стоит идти к максимально раскрученному хирургу с активной рекламой в Instagram, Facebook, или еще где бы то ни было. Сразу возникает вопрос: зачем он так много о себе говорит, у него что, нет пациентов, или проблемы с пациентами, почему не работает сарафанное радио? Меня такая активность настораживает, особенно сейчас, когда есть возможность пройти ординатуру, и сразу после выпуска с кафедры начинать практику. Уже появилось немало пластических хирургов, которые, к сожалению, имеют очень низкий уровень, но активно пиарятся, привлекая пациентов. А мы потом расхлебываем за ними осложнения. 

Источник: medportal.ru

ПОДЕЛИТЬСЯ

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

Комментарии